Персонаж, одновременно вызывающий жалость и восхищение, вселяет ужас, но при этом преподаёт ценный урок.

Кто бы мог подумать, что финальным боссом всей серии Dark Souls станет сломленный старик? Рыцарь-раб Гаэль – это полностью разочарованный в жизни человек, однако, несмотря на всю боль и страдания, которые он перенёс во время правления Лотрика, он сумел сохранить в себе крохотную надежду на светлое будущее.

Он отправляется в Город за стеной в поисках пигмента тёмной души, тогда как мы идём по его следам, время от времени встречая призрак Гаэля, который предлагает нам «окунуться» в груду пепла под ногами. Дело в том, что этот пигмент нужен племяннице Гаэля, чтобы дорисовать картину с новым миром, в котором её дядя сможет обрести новую жизнь и освободиться от агонии. Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, однако искренняя вера Гаэля в это вызывает неподдельное восхищение.

И очень жаль, что нам в итоге придётся его убить. Ведь это персонаж, которому реально сопереживаешь, но который, увы, стоит на нашем пути. И это приводит к одному из лучших сражений с боссами за всю историю серии, которое ставит жирную точку в последнем акте сюжета.

Почему последний босс Dark Souls 3: Ringed City - один из лучших

Гаэль до событий дополнения Ashes of Ariandel.

После прыжка во времени на несколько лет вперёд мы встречаем Гаэля, который превратился в жестокую и беспощадную версию самого себя и убивает всё живое на своём пути в попытке найти пигмент. Он в чём-то напоминает самого игрока, путешествующего сквозь пространство и время в поисках могущественного артефакта, но, что более важно, он является идеальным по меркам серии Dark Souls боссом, совмещая в себе всё, что делает сражение незабываемым.

Основы боя

В Dark Souls так уж заведено, что чем больше босс, тем сложнее с ним сражаться. Крупные габариты обычно подразумевают наличие дополнительных конечностей, угрожающе вздымающихся крыльев и прочих неприятных вещей. Исполинские размеры боссов всегда впечатляют, однако за противниками с нестандартной анатомией тяжелее следить, особенно если они постоянно находятся в движении и стреляют по тебе лазерами из отверстий, о существовании которых ты даже не подозревал.

При фиксировании обзора камера ставит этого гиганта в центр экрана, из-за чего вы оказываетесь прямо под его ногами, откуда практически невозможно уследить за его конечностями и грамотно планировать свои атаки. Таким образом, изучение последовательности действий огромного босса превращается в изнурительный цикл проб и ошибок.

Конечно, иногда данный процесс может быть действительно весёлым – в некоторых случаях десятки ваших смертей в итоге приводят к действительно зрелищной и просчитанной по секундам схватке (как, к примеру, это с было с Людвигом из Bloodborne) и воспринимаются как естественная часть геймплея.

Но до тех пор, пока ты не запомнишь все паттерны движений противника, поединок кажется, мягко говоря, несправедливым. Представьте, что вы начинаете раунд в Street Fighter 2 и тут же встречаете громадного фиолетового дракона из преисподней.

Боевая система Dark Souls не вызывает никаких нареканий, когда ты сражаешься с людьми или с монстрами, не сильно отличающимися по габаритам от человека. На таких врагах можно фокусировать обзор, ты примерно понимаешь, чего от них ждать и каким образом они будут атаковать, и знаешь, какое оружие или заклинание они будут использовать. Битва с силуэтом Гаэля проходит именно по этим правилам, а потому не вызывает проблем. В конце концов, самый первый враг, которого встречаешь в оригинальной Dark Souls – это человекоподобная нежить, от которой приходится отбиваться сломанным мечом. Меч этот, к слову, уж больно напоминает потрескавшийся ржавый клинок самого Гаэля.

В мире после конца света явный дефицит костоправов.

Финальная битва начинается безо всяких прелюдий: два героя, оказавшись где-то на краю бытия, вступают в решающую схватку. А поскольку ты понимаешь, что это действительно последний бой, тебе практически некогда подмечать паттерны атак противника, так как ты больше сосредоточен на эпичности битвы, попутно размышляя о безграничном могуществе Гаэля и его трагичной судьбе. В этой цене игровые механики идеально работают на раскрытие персонажа, создавая одновременно грустную и захватывающую атмосферу, за которую многие и любят Dark Souls.

И, конечно, это очень трудная битва, но, как и в какой-нибудь песне из Guitar Hero, которую играешь на последнем уровне сложности, один сложный аккорд следует за другим, приводя к умопомрачительному соло.

Уроки фехтования

Для всех, кто наблюдает за вами во время игры, вы будете походить на Моцарта; если бы, конечно, Моцарт умел делать сальто и обращаться с холодным оружием.

Самым сложным элементом битвы с Гаэлем является медленная прогрессия атак – его приёмы постепенно дополняются новыми движениями, а происходит это через определённые интервалы времени. К счастью, здесь нет неожиданной смены фазы с дополнительной полоской здоровья и совершенно новыми движениями, как и нет дополнительных мелких врагов, выпрыгивающих по краям экрана и мешающих зафиксировать обзор на главном противнике. В этом бою фиксирование обзора на Гаэле несёт в первую очередь художественную ценность: каждая его атака максимально кинематографична.

Камера красиво объезжает игрока и Гаэля, сражающихся на пепелище, что рождает ассоциации с поединками из старых вестернов, и данная постановка кадра вызывает искреннее восхищение. Но это нисколько не отвлекает, ведь следить за атаками Гаэля в этом бою не так тяжело, как может показаться на первый взгляд.

Когда у Гаэля остаётся примерно две трети здоровья, запускается катсцена, позволяющая перевести дух и оценить изменившийся облик сумасшедшего рыцаря. Набор движений Гаэля по большей части остаётся прежним, только теперь персонаж начинает использовать арбалет и заклинание «Нимб Белого Пути», а широкий замах мечом сопровождается эффектом алого пламени.

«Нимб Белого Пути» вынуждает нас постоянно искать безопасную точку, в которой мощное заклинание Гаэля не нанесёт нам вреда, или молниеносно уклоняться, если не получилось занять правильную позицию. Используя это заклинание, Гаэль запускает множество белых снарядов, летящих по принципу бумерангов. Если подгадать момент, то можно перекатиться прямо к противнику и атаковать его, не получив при этом урона, но при этом важно помнить, что снаряды через несколько секунд вернутся обратно по той же траектории. Если хотя бы один из них застанет вас врасплох, то этого будет достаточно для того, чтобы Гаэль провернул своё смертельное комбо.

В третьей фазе Гаэль использует заклинание на призыв молний, а при атаке из его тела исторгается множество черепов, при уклонении от которых вам пригодятся навыки, полученные во второй фазе боя с магическими бумерангами. Здесь важно наблюдать за окружением – черные точки на земле, обозначающие место удара молний, ярко выделяются на фоне пепла и до определённого момента не наносят урона нашему герою, а детонируют они строго в порядке появления. Если ваш обзор зафиксирован на Гаэле, то вы наверняка маневрируете вокруг него, что позволяет боковым зрением отмечать точки, в которые вскоре ударят молнии.

Примечательно то, что его новые и улучшенные атаки не сильно влияют на вашу стратегию, а лишь повышают динамику поединка. У замахов мечом немного повышается дальность, поскольку рыцарь использует в том числе и свой алый плащ для нанесения урона, а потому необходимо реагировать на них чуть быстрее, чем в начале схватки, и следить за полоской выносливости, чтобы не выдохнуться в самый неподходящий момент.

Список приёмов пополняется и атаками из арбалета, которые особенно опасны для магов и лучников, но и на них можно отреагировать вовремя, если следить за движениями Гаэля (до чего же здоровый арбалет он достаёт). Уклоняться от стрел лучше всего при помощи спринта – навыка, который в данном бою полезен только в этом конкретном случае. Иными словами, обновлённые атаки не требуют от вас какой-то принципиально новой тактики, а заставляют максимально быстро повторять уже отточенные движения.

Какими бы яростными ни были его атаки, радует то, что здоровье Гаэля постепенно убывает и не восполняется автоматически. Это компенсируется тем, что он начинает чередовать свои приёмы и быстро комбинировать их. В этой схватке ты терпишь поражение не потому, что враг решил внезапно использовать секретный приём, а из-за того, что выбился из темпа или не определил по движениям Гаэля, какая атака тебя ждёт.

Но если овладеть всеми необходимыми приёмами (на что даётся первые две фазы боя), то вас ждёт зрелищный бой с чётким ритмом, в котором требуется использовать все имеющиеся навыки. Он по-настоящему сложный, но если суметь попасть в ритм, то вы без проблем одолеете Гаэля.

Но куда приятнее победы осознание того, как сильно выросли ваши навыки в процессе боя. Для всех, кто наблюдает за вами во время игры, вы будете походить на Моцарта; если бы, конечно, Моцарт умел делать сальто и обращаться с холодным оружием.

Но весь адреналин и гордость своими умениями быстро испаряются. После убийства Гаэля нет никаких катсцен, плавно перетекающих в титры – лишь сообщение о том, что последний наследник огня погиб, после чего в пустыне из пепла появляется последний костёр. Только от вас зависит, вернётся ли главный герой к племяннице Гаэля, чтобы доставить пигмент тёмной души, и даже после этого всё, что у нас остаётся – это слабая надежда на новый мир.

Именно на этой ноте мы выходим из игры и прощаемся с серией. Крайне печально, что финальный босс Dark Souls так и не получил то, к чему шёл всю свою жизнь.

Покойся с миром, Гаэль, старик с самой трагичной историей на моей памяти.