В видеоиграх мы часто отправляемся в невероятные приключения с действительно великими персонажами.

Простые фантазии от победе над величайшим злом и преодолении смертельных опасностей исполняют наши собственные желания. Игры могут быть сильными, но у наиболее влиятельных из них есть еще один важный компонент: душа.

Субъективный фактор присутствует всегда, особенно в играх с глубокими сюжетами. Мы часто забываем, что каждое клише, с которым мы сталкиваемся – благородная жертва, кризис веры, запретные чувства – работает на фундаментальном уровне, трогая струны нашей души. Пожалуй, наиболее трогательный сценарий – персонаж, который перед смертью осознает, чего он стоит. Это классический сюжетный прием – неуклюжий герой, который со временем взрослеет, становясь храбрым и надежным, часто через некоторую жертву.

Один из наиболее очаровательных примеров – полюбившийся фанатам персонаж из серии Final Fantasy, Виви Орнитье. Его образ связан с одной из наиболее поразительных сюжетных линий Final Fantasy IX, раскрывающей цену жизни на протяжении приключения длиной в сотню часов. Виви очень ярко символизирует одну из ключевых тем Final Fantasy IX: чего стоит жизнь перед неизбежностью смерти.

Виви всегда был поразительным из-за классического архетипа “черного мага”, который он отражал. Одетый в щегольскую шляпу волшебника и безликий, несмотря на светящиеся глаза, этот черный маг выглядит для серии Final Fantasy исключительно, а по культовости может поспорить с чокобо и муглами.

Образ Виви отражает предназначение и индивидуальность. Это молодой черный маг, которому, насколько он знает, действительно нет места в мире, и в какой-то степени еще ребенок в душе. Он боится применять свои способности в страхе ранить других, а вместе с невинной наивностью и неуклюжей натурой это выливается в отсутствие уверенности в себе в первой половине Final Fantasy IX.

Конечно, его роль в сюжете во многом случайна – он оказался впутан в историю с похищением принцессы Александрии, Гарнет, театральной труппой “Танталус”. Во время спектакля (на который Виви тайком пробирается с уличной крысой по имени Пак) он впервые использует свое волшебство на людях, поджигая плащ принцессы Гарнет и вынуждая труппу бежать со сцены, захватив Виви. Их корабль терпит крушение в зловещем лесу, где Виви присоединяется к Зидану Трибалу, одному из воров театральной труппы, и Адельберту Штайнеру, Рыцарю Плутона и защитнику принцессы Гарнет, чтобы спасти потерявшуюся в лесу принцессу.

Вся история Final Fantasy IX намеренно следует клише, и каждый ее персонаж фактически служит шутливой пародией на свой архетип. Что касается Виви, то поначалу он неохотно помогает героям, атакуя своей магией лишь тех врагов, которые нападают на него самого. Несмотря на уважение со стороны Штайнера и дружелюбную натуру Зидана, Виви отстраняется от отряда, часто исследуя окрестности в одиночку. После спасения Гарнет из зловещего леса отряд пытается убежать от солдат Александрии и оказывается в деревне Дали, где Виви ошибочно принимают за “потерявшегося” черного мага и захватывают.

Виви — цена жизни и смерти

В мире Final Fantasy IX черные маги – не люди, а искусственные создания, массово производимые для использования в качестве ударных войск Королевой Бране, правительницей Александрии. Они задуманы как живые послушные куклы без собственной воли, но отличие Виви в том, что он стал черным магом, который “осознал”. Он не помнит, как он родился, первые его настоящие воспоминания относятся к шести месяцам до начала событий игры и связаны с болотом Ку. Истории других черных магов в игре аналогичны, и каждая из них связана с пробуждением.

Виви, которого ошибочно приняли за такого потерявшегося черного мага, впоследствии встречает других представителей своего вида, но не может с ними общаться. После своего спасения остальной группой они угоняют грузовой воздушный корабль, чтобы вырваться из лап маниакального мага по имени Черный Вальс 3, уникальной версии черного мага с невероятной силой. Черный Вальс атакует корабль, без колебаний убивая защищавших Виви черных магов, и продолжает преследовать его, пока Виви своей магией не дает ему отпор, увидев их смерть.

Эта сцена вызывает в образе Виви серьезный сдвиг, не только придавая уверенность в своих способностях, но и заставляя задаться вопросом “кто я такой?”. Существует ли он как личность, или у него нет настоящей жизни?

Этот вопрос присутствует во многих RPG, вспомните, например, упоминание “души” в миссии Mass Effect на лояльность Легиона. Для ответа на него Виви отправляется в собственное путешествие, чтобы узнать, что делает его живым. Конечно, здесь есть некоторая ирония – Виви уже знает ответ, по крайней мере подсознательно. В итоге получается сложная история, в которой он узнает, что значит быть черным магом и почему он такой, какой он есть. Большая часть этих тем поднимается тогда, когда Виви впервые попадает в Деревню Черных Магов.

Именно там Виви лучше знакомится со своим народом. Из разговора с Черным Магом 288 Виви узнает, что его “пробуждение” на самом деле не дает ответа на его вопрос. Оно происходит случайно, как и у всех остальных встреченных им пробужденных магов. Кроме того, он узнает, что по какой-то причине примерно через год черные маги “останавливаются” – тонко завуалированный намек на смерть. Маги в деревне отстраненные и, подобно Виви, наивные по отношению к миру вокруг них, поэтому не понимают важности и настоящего значения “остановки”, но при этом, что удивительно, хоронят этих магов с почестями и увековечивают их на кладбище. Черный Маг 288 делится, пожалуй, главной мудростью об этом явлении, в дальнейшем в игре рассказывая персонажу по имени Микото о том, что оно для них значит:

“…Ты прав, но я не думаю, что мы строим кладбища для мертвых. Конечно, тебе это может показаться бессмысленным, но… Как бы мне это описать? Мы думаем об этом примерно так: ‘Мы никогда о тебе не забудем. Мы будем вспоминать о тебе каждый раз, приходя на твою могилу. И мы не будем бояться смерти, которая, как мы все знаем, останавливает нашу жизнь… Потому что мои друзья будут помнить обо мне, когда я окажусь здесь.’”

—Черный Маг 288

Виви, как и остальных черных магов, эта “остановка” поначалу ставит в тупик. Важно отметить, как именно он задается вопросом о смерти – он очень молодой персонаж в теле девятилетнего мальчика, который был “жив” всего шесть месяцев. Это придает Виви дополнительную динамику – в сущности, он просто ребенок, узнающий о последствиях смерти. Но его любопытство и растущая храбрость продолжают блистать, когда Черный Маг 288 помогает ему осознать свои страхи.

Виви — цена жизни и смерти

Это напоминает другие представленные в культуре примеры столкновения детей со смертью. Самое знаменитое из них – восторженно принятый критиками выпуск “Улицы Сезам” 1980х годов, посвященный смерти одного из главных персонажей – мистера Хупера. В ней взрослые с улицы Сезам противопоставляются похожей на ребенка Большой Птице, которая примиряется со смертью мистера Хупера, осознавая, что благодаря воспоминаниям, дружбе и неравнодушию он продолжает жить в сердцах друзей.

Виви проходит аналогичный путь, особенно когда он возвращается в Деревню Черных Магов позднее по ходу игры и видит ее пустой – остались лишь Маг 288 и двое ухаживающих за Чокобо. Маг 288 рассказывает ему, что злодей Куджа пообещал другим черным магам избавить их от “остановки”, воспользовавшись их страхом смерти в своих интересах. Виви, пришедший от этого в ярость, собирает друзей, чтобы остановить Куджу, зная, что выполнить его обещание невозможно, а 288-й отмечает, как бы он хотел, чтобы другие были так же сильны, как Виви.

Виви находит утешение в том, что забота о своих друзьях делает его человеком. Помощь партии в противостоянии с преследователями, неравнодушие к тем, кто был убит или уничтожен силами зла, жертва собой ради других стали тем, что заставило Виви осознать, что он – друг Зидана, Штайнера, Гарнет и всей остальной команды, которая собирается в Final Fantasy IX. Во многом именно эта связь придает Виви уверенность в себе, позволяющую не бояться смерти, как уничтожение черных магов на воздушном корабле придало ему уверенность для ответного удара. Он понимает, что быть живым – значит самому выбирать, как поступить со своей жизнью. Важный урок, благодаря которому Виви так символичен.

Виви — цена жизни и смерти

Здесь также есть определенный контраст со злодеем Куджей – нарциссическим, эгоистичным волшебником, который не только страшится своей смертности, но и пытается наказать за нее весь мир. Технически он – искусственное существо под названием Геном, представитель расы, созданной одним из главных антагонистов Final Fantasy IX, Гарландом. В отличие от Виви, Куджа испорчен с самого начала, скрывая похожий детский нрав за псевдоаристократической манерностью. Куджа представляет то, каким мог бы стать Виви: он самовлюбленный, эгоцентричный и обиженный на жизнь. Смертность пугает Куджу, и со своей стороны он скорее уничтожит мир, чем позволит ему жить без себя.

И хотя эти черты позаимствованы у других, более заметных злодеев Final Fantasy, общая тема остается неизменной: это значение самой жизни. Основной конкурент Куджи – другой Геном, Зидан, но благодаря беззаботности и скромности Зидана его личные ценности вызывают доверие. Его собственный путь к пониманию того, кто он такой, похож на таковой у Виви, но менее трагичен, потому что для Зидана этот вопрос не важен – он узнал ответ уже давно. Даже в свои последние мгновения Куджа с этим примиряется и сожалеет о своем участии в попытке уничтожить мир Гайи, слишком поздно узнав, чего стоила его собственная жизнь.

Final Fantasy IX была задумана как дань уважения более старым играм серии, своего рода забавный взгляд на историю Final Fantasy, наполненный шутками для посвященных и различными отсылками, благодаря которым эта игра выглядит гораздо более легкомысленной, чем богатые драматизмом предыдущие части. Но за этим фасадом скрывается более глубокий смысл, ностальгический взгляд на все, чего стоит серия, где она была и куда может пойти. Поэтому во многом идея жизни и смерти, значения каждой отдельной личности и борьбы, показывающей, что ничего не напрасно, становятся ключевыми темами, символичными для серии Final Fantasy на момент выхода девятой части.

Сам Виви тоже становится символом – он демонстрирует душу этих тем, эмоциональную основу, которая удерживает интерес игроков к фундаментальным вопросам сюжета. Его скорбь по поводу своей неизбежной смерти, смелые заявления о том, что он не позволит миру погибнуть, реакция на смерть вокруг него – все это дает игроку возможность увидеть влияние этих тем через призму личного фактора. Для Зидана смертность – дар, для Куджи – проклятие, которого не заслуживает никто. Для Виви она стала шансом оценить значение собственной жизни и определиться, кто он на самом деле.

Виви — цена жизни и смерти

Но еще для Виви этот путь демонстрирует след, который он оставил в мире. Пусть в концовке Final Fantasy IX это и не утверждается в явном виде, есть серьезные основания полагать, что до эпилога игры Виви уже умер. На это указывает множество признаков: его отсутствие в финальных сценах и его “дети”, занявшие в эпилоге его место, показывая, что Виви оставил какое-то ощутимое наследие, представляющее его в мире. Наконец, сам голос за кадром во время эпилога по всей видимости принадлежит Виви, а в японской версии игры там даже используется его манера речи.

Пусть его судьба оказалась именно такой, как он ожидал, Виви прожил короткую, но полную жизнь, которой многие могут позавидовать. Он стал ярким примером роста персонажа, постепенно демонстрирующего свою скрытую силу через храбрость и убеждения, которые развиваются по ходу игры. Виви проживает свою жизнь на своих условиях, а благодаря пережитым вместе с друзьями приключениям становится душой старой как мир истории о жизни и смерти.

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована


Похожее